«Рядом в давке, по щиколотку в талой воде, стоял посол Швейцарии…»

6189

Иван Шаблов поделилсяч

О После Щвейцарской Конфедерации в СССР.

А.Минкин:

В Лужниках грузовик с гробом медленно ехал по льду среди огромной толпы. Люди пропускали этот катафалк и шли за ним. Но не вплотную. За грузовиком шло крепкое оцепление – полукруг энтузиастов, прочно сцепившихся локтями. За ними – вся толпа. А внутри этого полукруга, никем не толкаемый и не заслоняемый, шёл Ельцин.

Получалось, что он и есть Россия, которая прощается со своей совестью. В грузовике возле гроба, на лавке у заднего борта, сидела Елена Боннэр, вдова. С немым изумлением она смотрела на главного скорбящего. Другой главный скорбящий – Горбачёв – в Лужники, конечно, не приехал. Ему ещё утром доставили тело Сахарова для индивидуального прощания в спокойной обстановке…
Была огорожена площадка для дипкорпуса, там было сухо, лежали доски. Простой народ теснился как попало. Рядом в давке, по щиколотку в талой воде, стоял посол Швейцарии – единственный, кто не воспользовался загоном для дипломатов. Видно было, что не политическую миссию выполняет, а просто пришёл, по-человечески.

Репортаж мой о похоронах напечатали в Швейцарии и ещё где-то. Вдруг пришло мне приглашение в швейцарское посольство на обед. Посол (итальянский швейцарец с замечательной для русского уха фамилией Пьянка) расспрашивал о литературе, о театре, а под конец (потрясающий кофе, ликёры, сигары) объяснил, почему пригласил.

Оказывается, его срок в Москве подходил к концу, и он уже знал, что его следующее место работы – Марокко. Во-первых, это было понижение, потому что Марокко против СССР не канало. Во-вторых, Пьянка всю жизнь занимался историей Ватикана, а мечта о Риме уплывала навсегда. И вдруг его вызвал министр иностранных дел Швейцарии и сказал: «Мы знаем, что вам хотелось бы стать послом в Риме, вы едете туда». – «Спасибо, очень рад, но почему?..» И тут министр показал ему журнал «L’Hebdo» с моей заметкой о похоронах Сахарова, где упоминалось, как посол стоял среди простого народа в ледяной луже.
О После Щвейцарской Конфедерации в СССР. мая добродетель – скромность. Мы налили ещё по одной, и Пьянка сказал: «Ближайшие четыре года резиденция посла Швейцарии в Риме – ваш дом»…