«И какая-то девушка пела: — Что же мне делать! Какой позор! Я беременна!..»

Диляра Тасбулатова рассказывает:

— Ну вот пошла вчера в театр на оперу про чешскую девушку Енуфу. И опоздала. Прихожу — двери театра заперты. Мы втроём — какая-то молодая женщина с ребенком тоже опоздали — стали стучаться в двери театра.
Открыл на хмурый охранник, сказав, что даже на оперу опаздывают, безобразие.

— Оперу можно слушать с любого места (бодро отрапортовала я). Главное не опоздать на самолёт .

Охранник спросил:
— Вы после оперы сразу на самолёт?
— Ну да (сказала я) Лечу слушать следующую оперу.
Охранник махнул рукой и мы пошли показывать наши электронные билеты.

А сайт у театра какой-то кривой и билеты оказались не билетами, а квитанцией об оплате.
Девушка с брекетами сурово сказала нам:
— Не пущу.
— У вас сайт кривой (сказала я)
Девушка сверкнула брекетами.
Мальчик сказал:
— У вас зубики железные.
Девушка сказала ещё более сурово, наверно, обидевшись на малыша:
— Освободите помещение театра.
— Я первый раз иду на оперу (бодро сказал малыш). А сестру дома оставили. Она ещё маленькая.

Тут подошла другая девушка и нас пропустили.
Девушка с брекетами недовольно осклабилась нам вслед своими железными зубиками.

Мы прошли в зал и нас посадили рядом на свободные места.
На сцене было много народу и какая-то девушка пела:
— Что же мне делать! Какой позор! Я беременна!
— Разве это позор? (сказал малыш). Наоборот хорошо когда Светка была у тебя в животике, да, мама?
Мама цыкнула на него и малыш замолчал, с любопытством разглядывая зал. Оглядев зал, малыш явно заскучал и стал ёрзать на своем кресле.

Тут на сцене какой-то тип полоснул Енуфу ножом по щеке.
Малыш страшно испугался и прижался к маме.

И до конца действия спрашивал — не больно ли этой девушке? Она же беременная ещё к тому же? Малыш явно испугался и громко спрашивал маму, что же теперь делать.

Тут к нам подошла тётка-билетёр и сказала, что мы мешаем слушать оперу.

Но на тётку все зашикали, умиляясь малышу.
Только одна дама сказала зло, что дети должны сидеть дома.
— А я и сидел (ответил ей малыш радостно). Я болел всю зиму и смотрел мультики.
Даме стал неловко и она отвернулась.

Мама малыша шепнула мне:
— Что там дальше будет?
— Там убьют младенца (прошептала я ей).
— Надо уходить (тоже шёпотом сказала она мне)
— Его убьют за кадром (сказала я). Типа словесно. При всех душить не будут.
Тут все опять зашикали, не выдержав, и мама с малышом ушли.
Но почему-то с их уходом стало скучно.
Хотя опера была хорошая.
Только вот зачем-то младенца ухайдакали.

 9