«Есть чем поиграться тем, кто хотел бы заморозить российские активы…»

616

Кому мороженого?

Четверть века Россия – страна – чистый экспортер капиталов. Каждый год и государство, и бизнес, и те, кто зажиточней, самозабвенно вывозят за кордон всю пенку с того, что заработали на экспорте сырья.
Чистый вывоз частного капитала из России в младенчестве, в 1994 – 1998 годах — 82 млрд. долл. В детстве, 1999 – 2009 годы – 148 млрд. долл. В отрочестве, в 2010 – 2013 годах — 226 млрд. долл. Всё по нарастающей в юности, в 2014 – 2017 годах — 261 млрд. долл. Всего за 22 года — 717 млрд. долл. (ЦБР).

Сколько же можно вывозить? Сколько, когда мы сами нуждаемся в капиталах, чтобы связывать страну скоростными дорогами, приводить в порядок города, восстанавливать технологии? На это обескровливание нужно отвечать. Но как? Запрещениями, строгим валютным режимом? Нет, конечно.

Отвечать — снижением рисков внутри страны, налоговыми стимулами, сокращением административного бремени, нормализацией рыночной среды. Чтобы Россия из страны вывоза капитала стала страной, в которую стремятся длинные частные деньги. Создать ситуацию, когда чужие деньги не могут устоять перед нашими темпами, доходностью, ростом спроса. Когда они голосуют за отмену санкций. Приходят под модернизацию и рост качества жизни для всех.

Пока же это мечта. А Банк России бесстрастно отмечает, что в 2018 году вывод капитала из страны ускорился. И мало – помалу растут риски потерять то, что вывезли.

Да, есть такое развлечение в мире — замораживание чужих активов. Иран, Куба, Северная Корея, Сирия и многие другие радостные страны подвергались этой операции, кляня все на свете. Пора и нам считать, что есть в российском кармане. Наши риски растут. Уже есть те, чьи активы заморожены.

Чем же мы располагаем за границей? И что находится под рисками, если актив попал не в ту страну и не в то время?
Больше 1,3 триллиона долларов активов российского происхождения за границей (начало 2018 г., ЦБР). Вся сумма под угрозой? Конечно, нет. Но тогда нужно выяснить, из чего она состоит?

Частных портфельных инвестиций («текучие деньги»), вложенных из России за границу, накоплено чуть больше 70 млрд. долл. (ЦБР), преимущественно в облигации. Примерно 70% этих денег ушли в Люксембург, Ирландию, Нидерланды, на Кипр. По сути, в офшоры, в страны со «сниженными налогами». Вложений в США и Великобританию не так уж много. В США – 13% портфельных «наших» денег, в Великобританию – 4% (ЦБР). Но это – миллиарды.

А частные прямые инвестиции? Не путать с портфельными! Таких, имеющих российские корни, за границей накоплено примерно 470 млрд. долл. (ЦБР). Более 60% — на Кипре, в Нидерландах и Швейцарии. Непосредственно в США (4,5%, по оценке) и Великобританию (1,5%) вложено по чуть – чуть.

Есть еще и «прочие инвестиции» из России куда-то в мир. Их тоже много – больше 350 млрд. долл., причем наличной валюты и депозитов — на 150 млрд. долл. Легкая добыча, если они не там и не вовремя.

Так где же частные российские деньги? Ответ – прежде всего на Кипре, в британских и нидерландских офшорах на Карибах. В самих Нидерландах, Люксембурге, Швейцарии. Ирландии, на Нормандских островах. Все это — Европейский Союз, его старинные города, его офшоры под юрисдикцией стран ЕС.

А капиталы, вывезенные самим государством? Среди российских активов — международные резервы (Банк России, Минфин). 432 млрд. долл. (начало 2018 г., ЦБР). Из них почти 18%, 77 млрд. долл. — золото в слитках — предположительно «физически» находятся в России (ЦБР). Ну и хорошо. А вот 19% (80 млрд. долл.) – наличная валюта и депозиты – должны быть за кордоном.

Еще примерно 60% (266 млрд. долл.) размещены в ценных бумагах развитых стран, в том числе 102 млрд. долл. (четверть резервов) – в бумагах США (начало 2018 г.). Сегодня – чуть больше 90 млрд. долл. Где все они находятся? «Физически» – на счетах за границей. В США и Европейском Союзе, прежде всего. Так устроен мир глобальных финансов.

А какова роль доллара во всей этой массе денег? 75 – 77% всех вложений – в долларах США (ЦБР). Чувствительная вещь.

Есть ли еще что-то за кордоном? Конечно, есть — государственная собственность за рубежом. Сколько ее, публично неизвестно. Но еще в 2008 г. насчитывались более 3 тысяч объектов недвижимости, много земли. Владение акциями, бизнесом. По официальной оценке конца 1990-х годов рыночная стоимость государственной собственности за границей была 3,5 млрд. долл., Счетной палаты в 2008 году – 300 млрд. долл. в 2008 г., агентства Pinkerton в 1996 – 1998 годах – 400 млрд. долл.

Так что есть что заморозить. Есть чем поиграться тем, кто хотел бы заморозить российские активы. Есть даже при желании чем ответить. В России зарубежных активов тоже на сумму более 1 трлн. долл., большей частью завезенных из офшоров.

Но лучше не надо. В геополитике страны то клянут друг друга, то любят, то сходятся, то разбегаются. Но нельзя входить в разрушение – нажитого, скроенного, трудами содеянного, а в будущем – потерянного так же, как теряется человек. В утрату человеческого труда, выраженного в сотнях миллиардов долларов.

Что же теперь – быть связанным имуществом? Трястись над ним? Да, трястись. В полной мере учитывать риски возможных утрат в том, что называется «принятие решений в экономике на макроуровне».

Это — моя новая колонка в «Российской газете» https://rg.ru/…/mirkin-nado-sdelat-tak-chtoby-chuzhie-dengi…

Оценка государственной собственности за рубежом: Н.А.Шебанова. Собственность Российской Федерации за рубежом: правовое регулирование и защита. Диссертация на соискание ученой степени доктора юридических наук. М.: Институт государства и права РАН, 2010. Аналогичные оценки есть и в других источниках.