«Завидовала челюскинцам — они хотя бы герои, а кто вспомнит мой подвиг?..»

Вышла проведать машину… То есть пошла её заводить — всё-таки уже началась жизнь после праздников.

Надела три пары шерстяных штанов, два шарфа, шапку, которая спасёт от группового изнасилования (навсегда, так сказать, отучит только своим видом) и ещё что-то вязанное.

Мужа не взяла — мужчин надо беречь, на мне уже больше никто не женится.

Тошу тем более — он малохольный, в свитере и со свинкой.

Вставила ключ — она даже не чухнула. То есть, вообще. Ещё раз себя похвалила, что не взяла мужа. Если я машину ключом не могу завести, то вызвать ответные чувства уже не пригодна вообще.

Приехал мой приятель. Тут мы оба вспомнили, что аккумулятор у меня под пассажирским сидением. Стали вдвоем выкатывать машину — я её прямо катила обеими руками, опершись жопой о дерево. Выкатили.

Его огромный внедорожник не вошёл в то отверстие, которое мы ему освободили. Еще откатили и развернули. Дерево кончилось. И я почти бухнулась в снег.

Завидовала челюскинцам — они хотя бы герои, а кто вспомнит мой подвиг? Думала, что хорошо, что муж не пошёл — мог бы простудиться.

Сидела и грела продрогшую машину, прямо чувствовала, что она мне не фига не благодарна. Ездила по району — хорошо, что мне не попались пешеходы… Пришла домой, изморозь с ресниц не смывала даже горячая вода. Накатила 200 виски. Посмотрела на мужа с любовью. Решила, что если он теперь не будет жить вечно, то я его убью.